Secret Wood

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Secret Wood » Персональные отыгрыши » go ahead and take your cheap shots [23.10.2016]


go ahead and take your cheap shots [23.10.2016]

Сообщений 1 страница 4 из 4

1


http://funkyimg.com/i/2cB5n.gif http://funkyimg.com/i/2cB5p.gif
L i l l i a n   B e l l a m y - S c h n e i d e r   &   A l e x a n d e r   B e l l a m y
2 3 . 1 0 . 2 0 1 6 ,  S С H N E I D E R ' S   H O U S E


Кажется, что бы она ни делала, становится только хуже. Стоит ей дать слабину – и следующий же вечер заканчивается в крыле больницы. Стоит вести себя в соотвествии критериям возраста – и недовольные замечания не заставляют себя ждать. «Пусть лучше злится,» — думает Лиллиан, старательно проводя яркую линию контура губ и надеясь не столкнуться по дороге к выходу с Сашей. Он совсем не понимает – она ведь хочет как лучше. И приторный женский смех в телефонной трубке, назойливо режущий слух, не играет здесь никакой роли.

Отредактировано Lillian Bellamy-Schneider (2016-06-05 22:25:06)

+3

2

Лиллиан стоит перед зеркалом, теребя ещё мокрые на концах волосы с непроизвольной отчуждённостью. Черней, чем она хотела, но мысль о том, что это изменение не продержится больше недели, окупает неудачный эксперимент. Быть может, теперь ей перестанут учтиво предлагать воспользоваться телефоном, чтобы дозвониться до родителей, стоит только переступить за порог заведений «с восемнадцати». Она поднимает глаза на своё отражение в надежде увидеть там уверенный образ, очерченный выверенными деталями, однако сталкивается с растерянным взглядом девочки, решившей примерить каблуки матери и свернувшей себе ногу в процессе. Чёртово тугое платье, в котором не вздохнуть. Ни капли не похожее на те, к которым она привыкла. Чёртовы стрелки, из-за которых глаза кажутся совсем холодными. Чёртова, чёртова красная помада. «Жалкое зрелище, Лили,» — она поджимает багровые губы, но всё же не спешит стирать с себя попытку влезть в чужую кожу. По крайней мере, у девушки в зеркале есть хоть какой-то шанс соответствовать критериям успеха у противоположного пола. Потому что у предпочитающей пинте Guinness в шумном баре холодный чай с лимоном на крыльце Лили нет ни единого.
Вы, верно, спросили бы: «А зачем, Лиллиан?» Но вряд ли бы получили достойный ответ. Нет, не так. Вряди ли бы вы получили правдивый ответ, потому что Лиллиан старается думать об этом ровно столько, сколько вы тратите времени на прочтение инструкции по использованию нового чайника. Ведь разве не это делают все подростки мира? Натягивают вещи, в которых чувствуют себя нелепо, и идут покорять сердца людей, до которых им нет никакого дела? А затем среди шатающихся друзей встречают «того самого» и подписываются на мучительные месяцы первой несчастной любви в лучших традициях истерик во входящих сообщениях и удалениях совместных фотографий из социальных сетей. Впрочем, вряд ли её ждала подобная судьба. Лиллиан давным давно запрыгнула на поезд ночных страданий в подушку. И едва ли её альтернативная версия вписывалась в сборник похожих как одна историй о разбитых сердцах.
Тяжёлый выдох. Неодобрительный моток головой в сторону. В последний раз поправляя прядку волос, она наконец бросает попытки найти недостающий кусочек пазла, который позволит ей чувствовать себя, если не полноценной, то хотя бы в половину смешной. На секунду решение притвориться мертвой или устроить спектакль кишечного отравления выглядит весьма заманчивой идеей. Но вряд ли громкая взбалмошная Келли оставит её в покое. По вискам ударяет звонкий голос второкурсницы, отчего-то нашедшей в Лили потенциал на звание лучшей подружки.
«Лили, у тебя такие ноги. Тебе стоит почаще носить юбки.»
«Лили, красилась бы ты чуть ярче, и парни бы в очереди становились.»
«Лили, мне показали шикарный бар. Ты обязана туда сходить.»
«Ты же не бросишь меня одну, Лили?»
«Опрометчивый выбор спутницы,» — думает Лиллиан, хоть и соглашается. То ли из упрямства, то ли из детского любопытства. Насколько долго Келли хватит, прежде чем она заметит как сильно её новая подруга диссонирует с усевшимися в ряд за барной стойкой красотками, разбавляющими пропитанный приторным запахом спиртного воздух своим непринуждённым щебетанием? Как же ей хочется вот также с лёгкостью обсуждать «вон того красавчика за дальним столиком» через минуту забывая о том, что он вовсе существовал. Слух улавливает знакомый тембр голоса в дальнем углу дома, и упёртое сердце тотчас реагирует пропущенным ударом. Лиллиан размашистым движением дёргает приготовленную сумку со стула и курсирует прочь из спальни, захватывая туфли по пути. Подальше отсюда у неё больше шансов совладать с больным рассудком.
Она прокрадывается мимо комнаты Ариэля, стараясь не представлять каким бы было его выражение лица, если бы дверь раскрылась, и он бы столкнулся с актрисой погорелого театра. Ему было бы достаточно молча посмотреть на неё, чтобы ей захотелось провалиться под землю. И последнее, что Лиллиан была готова увидеть – тот самый понимающий больше, чем нужно взгляд – и оттого зашагала на порядок быстрей. Она вновь прислушивается к звукам. Мириам и Альфред, похоже, куда-то уехали и без того были предупреждены, что оставляло её с единственным препятствием – Сашей, не должным стать большой проблемой, если только... Она спешно закопошилась в сумке в поисках ключей, которые абсолютно точно забирала с журнального столика в коридоре у гостиной.
Чёрт, — одними губами, иначе весь дом был бы осведомлён о печальном известии. Проклятая связка всё ещё находилась там, где её благополучно забыли, и не стала бы звенеть тише, даже если бы Лиллиан пообещала продать душу дьяволу. Пути обратно не было. И вместо предусмотренной крадущейся походки, Лили затопала с особенной уверенностью в сторону прихожей. Она не совершала ничего противозаконного. Ведь не совершала?
Как и ожидалось, звенящее в ушах цокание железок друг об друга не осталось незамеченным. И стоило ей встретиться с Сашей глазами, как Лиллиан целеустремлённо скинула туфли перед собой.
Я встречаюсь в центре города с подругой, такси уже приехало, — в надежде предупредить все вопросы, мгновенно отзывается девушка, сгибаясь, чтобы натянуть неустойчивую обувь. — Хорошего вечера, — чеканит, смотрит мимо и двигается как можно быстрей, не позволяя потоку мыслей заполнить и без того гудящее сознание. Лиллиан поднимается слишком резко, пошатывается, но тут же находит равновесие, опираясь ладонью о стену. Один лишний взгляд перед собой, врезающийся в лицо Саши, и она уже не может не чувствовать себя последней идиоткой. Лиллиан одергивает платье и тянется за явно не подходящей по погоде курткой, молясь, чтобы этот аттракцион позора закончился как можно скорей. Интересно, насколько несуразно она выглядит на фоне всех этих девиц, вьющихся за ним хвостами? «Какое это имеет значение?» Она не пытается произвести впечатление на собственного брата, она просто хочет выйти отсюда поскорей.

Отредактировано Lillian Bellamy-Schneider (2016-06-06 03:55:40)

+3

3

- Керри, успокойся уже, я все запомнил, - с усмешкой протянул Саша, растирая своё лицо одной рукой. Девушка по ту сторону линии уже минут 20 неустанно щебетала о каких-то отчетах по доходам и новой системе безобасности бара, будто зачитывала текст и очень при этом торопилась. Её мягкий, но громкий голос уже звенел в ушах.
- Дорогой, как мне быть спокойной, когда ты на ровном месте делаешь ошибки в расчетах и всё теряешь?! - Сокрушенно проговорила Керр, и Алекс буквально представил как она возмущенно разводит руками.
- И чего ты смеешься? Сколько тебе говорю, разделять работу и личную жизнь. А то я только и слышу - «Моя Лиллиан то, Лиллиан это, а Ари меня ненавидит», сам ведь виноват. - Агрессивная Керри, конечно же, понятия не имела, как удачно всегда втирала парню килограммы соли в открытые, кровоточащие раны, а потом спокойно говорила вообще не лезть к ней с этими сестринскими комплексами. А что оставалось Беллами? Отшучиваться и делать вид, что на самом деле ему просто хочется пожаловаться на всякие мелочи, и вовсе он не волнуется. Ему вообще плевать, что Ариэль смотрит на него как на лишний предмет в доме, а очевидное хладнокровие (Саша любит преувеличивать) со стороны его Лил ничуть не делает ему больно.
- Ну ладно уже, ты на регистрацию опоздаешь. Я со всем справлюсь, обещаю, отдыхай спокойно и сувенир привезти не забудь, - после короткой, но многозначительной паузы ответил парень, не убирая ладонь от лица, словно она приросла к его щеке. Он улыбался, чтобы голос звучал дружелюбно и у него наверняка получилось передать желаемую интонацию, так как Керр, ничего не замечая, продолжила болтать еще минут пять, а потом оставила его со словами «ой боже опаздываю все удачи».
Когда в трубке послышались гудки, Алекс вздохнул и опустил обе руки на диван, откинув голову назад. Застрявшая на лице ухмылка выглядела неестественно, а глаза забегали по потолку.
На днях он разбил стакан и теперь это казалось какой-то незамысловатой аллегорией к тому, что творится с его жизнью в последнее время. Чего только стоит эта история с волком.
Снова вздохнув, как какой-то старик перед смертью, Саша поднялся с дивана, оставив телефон на сиденье, и потянулся. Немного размяв шею, он взял с письменного стола в углу зала пульт от телевизора и снял его с беззвучного режима. Пустой зал тут же наполнился голосом какого-то известного актера которого, однако, Беллами затруждался узнать. Замерев на месте с пультом в руках, он отвлекся от экрана только когда услышал чьи-то шаги в корридоре. Кинув пульт на диван, мужчина пошел в сторону скребущихся звуков. Он подозревал, что увидит именно Лил, но и представить себе не мог, какой он её увидит.
Застыв у прохода в гостинную, Саша уставился на стоящую напротив девушку, бегая взглядом от одной точки тела к другой, к лицу, и обратно.
Перед ним была его Лили, та самая Лили, которую он знал уже почти восемь лет. Но он едва узнавал её сейчас - алые, пухлые губы, яркие глаза, покрашенные (серьезно?) волосы. Короткое, женственное платье, которое подчеркивало её уточенную фигуру и туфли на высоком каблуке, которые она и надевала, говоря что-то про подругу и центр... Саша не сильно прислушивался. Прислонившись предплечьем к дверной раме он просто бездвижно смотрел на неё стараясь не выдавать каких либо эмоций так как, по правде говоря, он не знал что именно испытывает. Он был зол. Конечно, осознавать реальную причину Алекс был чисто не готов, поэтому он просто убедил себя в том, что чувствует себя родителем, который не может принять того факта, что его ребенок так позврослел и изменился. Он усердно игнорировал совсем не-родительские мысли и чувства, которые медленно ползли по хребту, от легких и к животу. Нет, он просто волнуется за свою сестру, просто это ведь не она. Ей не идет. Нет.
Что за бред вообще. Он же постоянно на работе видит этих разукрашенных красавиц, которые не упускают возможности пофлиртовать с улыбчивым парнем за барной стойкой. Так какого черта?
Он продолжал следить за каждым её движением, неосознанно придавая взгляду какой-то оценивающий тон. Затем резкое движение, и вот Беллами уже чисто рефлекторно перемещает тяжесть тела вперед и собирается, было, подхватить Лили, но она удерживается на ногах, и тогда не удерживается Алекс. Он срывается с места и преграждает ей дорогу к выходу, став у главной двери. Прислонившись кистью руки к стене, он ловит её взгляд и смотрит в глаза.
- В таком виде в центр? - Выходит грубее, чем он хотел. Но уже поздно. Он скрещивает руки на груди и осознает, что в голове только обидные речи, которые стоило бы приберечь. Ему просто не нравится, что его Лили... Что Лили что? - С подругой мужского пола? -  Саша улыбается, но что-то в этой улыбке слегка напоминает оскал, - и зачем ты покрасила волосы?
А у него все валится из рук. Постоянно. И Лиллиан ускользает от него, как песок сквозь пальцы. Она красива, очень. Но он не может просто сделать ей комплимент и пожелать удачной прогулки. Ведь всё это так вульгарно, всё это не она. Не его сестра, которую он знает.
Хотя, знает ли вообще?

Отредактировано Alexander Bellamy (2016-06-10 02:49:41)

+3

4

Когда-то ей бы не составило большого труда справиться с забивающимся в кроличьем испуге сердцем. Закатить глаза. Скрестить руки на груди, переигрывая с недовольством. «В таком в виде в центр,» — перекривлять неожиданный комментарий, прицокивая языком. Она ведь не совершала ничего противозаконного? Хватило недвусмысленной интонации Саши и скрещенных на груди рук, чтобы Лиллиан почувствовала себя настоящей преступницей, явно решившей совершить наряд в район красных фонарей, вместо озвученной встречи с подругой.
Ч-что? — осознание приходит не сразу. В спешной попытке ретироваться из дома, Лиллиан никак не предвидит, что её преградой станет живая стена из тела собственного брата. Она шагает вперед, вписывается взглядом в лицо парня и резко тормозит, едва умудряясь избежать столкновения носом с переродившимся Гендальфом. Быть может, пару лет назад она бы обязательно озвучила пришедшее в голову сравнение. Сейчас же слова намертво прилипают к стенкам горла, заставляя её безмолвно моргать в надежде не поперхнуться воздухом. «В таком виде? Таком?» Брови невольно дёргаются вверх в такт мыслям, и Лиллиан зеркалит фигуру напротив, обнимая себя за локти. — Нет, с чего ты? — невнятно мямлит под нос, и оттого, вероятно, остаётся неуслышанной. И если до последнего вопроса, она готова заикаясь оправдываться в святых намерениях соответствовать новой знакомой, то стоит незначительному «зачем» ударить по перепонкам, как Лили перестаёт напоминать перепуганного зверька, загнанного в угол.
Просто покрасила, — остро сужая зрачки, всеми силами старается не сбиться с железной интонации, полной мнимой уверенности в происходящем на её голове. «Тебе не идёт.» Плевать, что никто не озвучивал очевидных фактов вслух. Она и без него знает, что выглядит как неудачный косплей на ту часть женского населения, которую не путают с полками для книг. — А ты теперь у нас брат, детектор лжи и модный приговор в одном лице? — вряд ли выдавленная улыбка спасла ситуацию. Ей бы стоило прикусить язык, но ноющий укол обиды под ребром снимает ограничитель с речевого аппарата. Она не ждала никаких комплиментов. Что вы. Как и не ожидала, что получит вердикт, о котором не просили. Интересно, размалёванным посетительницам бара он тоже невзначай намекает сменить гардероб? Наверное, очень тяжело доносить подобные идеи через широкую приветственную улыбку, которой, разумеется, Лиллиан не была достойна хотя бы наполовину. Её подарком на вечер было ядовитое «в таком виде», принявшееся настойчиво долбить по вискам. Она нервно выдыхает и отводит взор в сторону.
Нет, с подругой женского пола. С каких пор мне не доверяют? — вопросительный взгляд впивается в два темных глаза. Лиллиан старается смотреть прямо перед собой, словно соревнуясь в способностях к моральной давке. Зря. Её хватает на пару секунд, и приходится искать поддержки в узоре на входной двери. В сознании что-то щёлкает. — Даже если, — соответствующая эмоция полнейшего непонимания не заставляет себя ждать. — Мне нельзя встречаться с друзьями мужского пола? — девушка хмыкает, многозначительно дёргая бровями. Стоит поблагодарить внутренний голос, ей даже не требуется ответа от Саши, чтобы почувствовать себя совсем никчёмной. Казалось бы, чем она хуже среднестатистических девчонок, спокойно сверкающих голыми длинными ногами на морозе? В конце концов, ей ведь не двенадцать. Но не для Саши. Для него она навсегда застряла в периоде брекетов с разноцветными резинками, двух косичек и постельного белья «Hello Kitty». Стоит заверить, что она не станет предлагать сыграть в барби на первом свидании?
Лиллиан опять поднимает глаза, надеясь, что фигура брата наконец сдвинется с мертвой точки и позволит ей вздохнуть без свинцовой тяжести в лёгких. Тщетно. Как воплощение зрящего в корень проблемы родителя, он нависает над ней, готовый нести здравомыслие в бестолковую юную голову. Ей стоит быть благодарной; кто бы ещё взялся за воспитание ребёнка, окажись он на месте Бэллами? Заменил бы отца, мать, всех родственников вместе взятых, превратившись в живое воплощение «дома» для дрожащей от страха девочки? Но, чёрт возьми, она не может. Потому что никакой он ей не родитель. Не отец. Никакой он ей не... брат.
Зачем ты опять это делаешь? — переставая притворяться стойким оловянным солдатиком, она громыхает сумкой по столешнице и неровно вздыхает. — Сижу дома – Лиллиан, хватит сидеть, найди себе друзей, не будь грустной. Не сижу дома – Лиллиан, зачем ты одеваешься так, словно не собираешься покрыться вековой пылью в библиотеке, поменьше веселья. Может быть скажешь, что именно тебя устраивает, чтобы я лишний раз не выходила за рамки твоих ожиданий? — тон начинает очевидно дрожать, — В чём проблема? Волосы, туфли, платье? Всё сразу? — она разводит руками в стороны и тут же шлёпает ими, слабо понимая, что вряд ли хочет услышать ответ хотя бы на один из вопросов. — Чёрт, Саша, что? — Лиллиан не успевает договорить, как голос совершает непредвиденный жалостливый скачок, сбивая с мысли. — Ничего не хочу знать, — девушка хватает сумку также резко, как и отправляла ее подальше от себя секундами раньше. — Пропусти, я не собираюсь опаздывать из-за тебя, — пожалуй, в трезвом рассудке она бы не стала настойчиво пихать Бэллами в плечо, буквально протаранивая себе выход. Однако гремящие в ушах удары пульса и граничащее между злостью и слезами состояние едва ли можно сравнить с трезвым рассудком. Что бы она ни сделала, всё равно всё будет только хуже. И чем быстрей он разочаруется в милой Лиллиан с заплетённой его же руками косой, тем проще ей будет оставить разгоняющего тучи соседского мальчишку в лабиринтах памяти. Когда-нибудь обязательно придётся – хоть в этом она себя не обманывала.

Отредактировано Lillian Bellamy-Schneider (2016-06-26 03:30:07)

0


Вы здесь » Secret Wood » Персональные отыгрыши » go ahead and take your cheap shots [23.10.2016]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC